Поиск причин для протеста - удел политологов и социологов, а вот из поводов можно отметить несколько основных: отравление оппозиционера Алексея Навального, его арест по возвращении из Берлина, где он проходил лечение и реабилитацию, а также фильм-расследование Фонда борьбы с коррупцией о дворце Владимира Путина в российском городе Геленджик.

Протесты были жестко разогнаны. По данным правозащитников, всего за все три дня акций было задержано около 12 тыс. человек, и это рекордные цифры. Многие из задержанных по-прежнему находятся под административными арестами, а десятки людей стали фигурантами различных уголовных дел. На фоне такой реакции власти и силовиков команда Навального приняла решение изменить тактику - для освобождения Алексея сделать ставку на меры международного давления, а с крупными уличными акциями повременить до весны-лета.

О самом приговоре Алексею Навальному, дальнейших действиях его адвокатов, нашумевшем фильме о дворце Путина, а также о стратегии соратников Навального на ближайшее будущее мы поговорили с директором Фонда борьбы с коррупцией Иваном Ждановым.

Иван Жданов
Foto: AFP/Scanpix

- Иван, помимо того, что вы директор ФБК, вы также являетесь юристом. Почему вы считаете, что приговор Навальному от 2 февраля неправовой даже в соответствии с российским законодательством?

- На это много причин. Во-первых, самое главное: дело Ив Роше, по которому сейчас вынесен приговор Алексею Навальному, вернее, заменен условный срок на реальный, было предметом рассмотрения Европейского суда по правам человека. Европейский суд однозначно сказал, что в этом деле власти Российской Федерации применили закон не для того, ради чего он был написан. То есть, не в целях реального пресечения преступления, не в целях реального уголовного наказания, а по политическим мотивам. Верховный суд частично признал решение ЕСПЧ, хотя у него нет таких полномочий. Решение Европейского суда по правам человека является частью правовой системы Российской Федерации. И это самое главное, это сущностное.

Ну а в дальнейшем было нарушено огромное количество норм, начиная от порядка его задержания, заканчивая тем, что в его действиях нет никакого состава нарушения условий испытательного срока, потому что он находился в Берлине на лечении и в дальнейшем на реабилитации, о чем предупредил уголовно-исполнительную инспекцию. До этого он регулярно посещал исполнительную инспекцию. Там были какие-то мелкие незначительные нарушения, но которые точно никогда не являются основанием для замены условного срока на реальный, если нет каких-то иных политических соображений.

- Каковы будут дальнейшие действия адвокатов Навального в юридической плоскости?

- Юридический путь совершенно понятен. Это апелляционное обжалование этого решения, потом обжалование в Верховном суде и в Европейском суде по правам человека. Я думаю, это дополнит какие-то материалы дела, которое уже сейчас есть в суде, либо будет подана новая жалоба. Это уже будет непосредственно после прохождения всех инстанций решаться.

- Само возвращение Навального было его личным решением или принималось всей командой?

- Я думаю, мы все прекрасно понимали, что это может закончится задержанием и арестом. Естественно, лично кроме самого Алексея Навального и членов его семьи, никто не может принять такое решение, возвращаться ему или нет.

- 4 февраля руководитель сети региональных штабов Алексея Навального Леонид Волков выпустил видео с заголовком "Почему Путина испугали митинги 23 и 31 января?" А они действительно его испугали, что является тому свидетельством?

- Безусловно, видно, что митинги испугали. Потому что он для подавления митингов стянул какое-то беспрецедентное количество внутренних вооруженных сил в Москву, Санкт-Петербург и другие города-миллионники. Такого, можно сказать, я не видел никогда, и вряд ли современная история Россия помнит такое количество внутренних войск, Росгвардии на территории Москвы. Единственный сопоставимый митинг был 27 июля 2019 года, когда независимых кандидатов не пустили в Мосгордуму и было большое количество задержанных. Но 23 января, 31 января и 2 февраля было в два раза больше сотрудников. Это говорит, конечно же, не о силе руководителей государства, а говорит, что он слаб и может полагаться лишь на дубинки и на другие специальные средства против мирного населения, которое несогласно с его действиями, с его политикой и с коррупцией, происходящей в стране.
Поэтому это говорит о том, что он, конечно же, испугался. И вот такая грубая физическая сила - это его расчет и надежда на то, что он останется руководить Российской Федерацией еще очень и очень долго. Других надежд у него нет. Мы видим, что его рейтинги падают. Эта тенденция наметилась достаточно давно, но сейчас мы видим сильное ускорение этой тенденции. И конечно же, он будет сейчас закручивать гайки тотально. Это нельзя делать. Это не поведение сильного человека. Это, скорее всего, страх.

Foto: Itar-Tass / Scanpix

- Испуг Владимира Путина привел к определенной реакции, которую вы сейчас описали: это и огромное количество задержанных, и избиения дубинками, и применение электрошокеров, сейчас даже на журналистов стали покушаться. Вот такая демонстративная жестокость, которая стала реакцией на испуг Владимира Путина, в свою очередь не приведет к тому, что появится испуг у людей в следующий раз выходить на улицу?

- Мы видели разные реакции в разных странах. Мы видели, что такая чрезмерная жестокость иногда может вызывать еще большую публичную активность людей и непонятно, к чему это приведет. Сейчас, безусловно, такое количество войск в Москве может подавлять протестные акции. Потому что людей забирают буквально на выходе со станции метро, когда они идут небольшими группами либо по одному до места сбора митингующих. На это у них хватает сил, но в какой-то момент расклад сил может поменяться, и ряды ОМОНа не всегда стройные.

Опять же, есть негативные примеры, как пример Беларуси, когда там еще не получилось, хотя там были очень массовые протесты. Но есть и много позитивных примеров. Я уверен, что если 3,5% в Москве и других городах выйдет, то никто их не сможет разогнать. Это подтверждается многими исследованиями.

- Однако пока, судя по всему, мы не видим этих 3,5%. Именно по этой причине принято решение временно приостановить уличные протесты, озвученное Леонидом Волковым?

- Такого решения, как приостановить протесты, у нас нет. Это совершенно неправильное восприятие, вырванная во многом фраза из контекста. Мы говорили о том, что мы готовим другие протестные акции. Акции требуют двух моментов: эмоционального, когда все выходят по какому-то событию, или хорошую подготовку этой акции. То есть, когда мы много недель через штабы, через свои социальные сети постоянно напоминаем о какой-то акции. Акция получается успешной либо в первом, либо во втором случае, и идеально, когда эти два фактора сочетаются.

В данном случае мы не говорили о прекращении. Мы говорили о том, что мы будем готовить другие акции, которые требуют хорошей подготовки. Одна из них та, которую Леонид Волков объявил на 14 февраля (флешмоб с включенными фонариками во дворах своих домов. - ред.). Это одна из проходящих акций. Будут и другие, конечно же. Мы не связываем это с усталостью, но какая-то передышка, безусловно, нужна была, о чем Леонид тоже говорил.

- Насколько я понимаю, передышка, в том числе связана с тем, что за все дни протестов около 12 тыс. человек были задержаны. Мест в спецприемниках не хватает и люди вынуждены были ночевать в отделах полиции и в полицейских автобусах. Затем приговоренных к административных арестам стали отправлять в нечеловеческие условия в Центр временного содержания иностранных граждан за 50 километров от Москвы. При этом Штаб Навального в преддверии протестов анонсировал, что будет оказывать всем задержанным юридическую помощь и поможет с оплатой назначенных штрафов. Как идет работа в этом направлении и хватает ли ваших ресурсов на выполнение взятых на себя обязательств?

- Да. Мы же как работаем? Через специальную электронную почту. Юристы получают документы о том, что произошло. Например, протокол об административном правонарушении или решение суда. Дальше юристы готовят жалобу в апелляционную инстанцию. Она более или менее типовая. Потом человек идет в суд и присылает нам решение. На основе решений судов двух инстанций мы уже компенсируем незаконный штраф.

Пока мы справляемся. Мы сегодня (09 февраля. - ред.) как раз объявили, что эту почту всю разобрали и готовы принимать еще документы. Поэтому тут больших проблем нет. Но опять же, эти последствия митингов не связаны с объявлением акции, которую мы планируем 14 февраля. Наоборот, мы конечно же хотим, чтобы люди не подставлялись под дубинки просто так. Видно, что сейчас Путин стянул максимальные силы и ресурсы для подавления любых протестов. Поэтому нам нужно действовать чуть умнее и проводить акции, когда они меньше ожидают, а мы лучше подготовлены и в то же время это безопасно для людей.

Foto: Stopkadras

- Давайте немного поговорим про нашумевший фильм Фонда борьбы с коррупцией, посвященный дворцу Владимира Путина в Геленджике. Сколько времени у вас ушло на создание этого фильма и с какими сложностями вы столкнулись в работе?

- На создание ушло три-четыре месяца. Но тут неправильно говорить "вот столько то месяцев ушло на создание", потому что, безусловно, материалы во многом аккумулировались у нас и раньше и о жизни Путина, и об этом дворце. И многое то, что в нашем расследовании есть, взято из других источников. Мы просто это сильно и существенно дополнили, показали в ином виде и сделали из этого видеопродукт, чего не делали раньше многие. Но непосредственно сам процесс создания был достаточно короткий для такого масштабного расследования. Но нельзя так сказать, что 1,2 или 3 месяца.

А трудности - они были связаны с тем, что к этому дворцу сложно подобраться и достаточно много мер безопасности, которые мы принимали впервые, обходя контроль и наблюдение за нами, которое особенно усилилось в связи с тем, что Навальный был в Германии. Конечно, ощущение было у тех сотрудников ФБК, которые остались в России, что на них спустили всех собак в плане наружного наблюдения, контроля и внимания правоохранителей. И под этим контролем было еще сложнее увернуться и оставить наши планы в секрете. Это наверно главная трудность.

У нас же как ФБК работает? Часто бывает, что один отдел или одна группа сотрудников из разных отделов не знают, что происходит в других отделах. Это для безопасности, для того, чтобы не подключать большое количество людей. Потому что, когда людей много, естественно, больше шансов, что кто-то что-то где-то скажет, на что-то обратят внимание, больше шансов, что мы потеряем эксклюзивность и наши враги узнают, что мы готовим. А в данном случае к расследованию такого масштаба, нужно было подключать гораздо большее количество людей, чем на обычное расследование. Сил только отдела расследований совершенно не хватало, здесь многие отделы взаимодействовали. И конечно, когда такое количество людей, было очень сложно удержать все в секрете, мне кажется, но тем не менее нам это удалось.

- Понятно, что формально вы не можете стопроцентно доказать, что по бумагам дворцом владеет Путин. Почему у вас стопроцентная уверенность, что фактический владелец именно он?

- Именно поэтому мы и сделали двухчасовое расследование, нужно многое пояснять. Нужно пояснять историю пришествия Владимира Путина к власти, его друзей, и почему все так устроено. Есть какие-то простые объяснения, например, бесполезная зона, контрольно-следовая полоса, сотрудники ФСО, беспрецедентный уровень охраны, которым пользоваться могут только президент и еще несколько лиц. Понятно, что это принадлежит высшим чиновникам России.

Что касается более сложных объяснений, то это друзья Путина, их взаимоотношения, финансовые потоки, которые мы изучали, заказы управделами президента, заказы ФСО, которые связаны с этим, какие-то вплоть до особенностей вкусовых характеристик, которые мы изучали. И этот огромный объем информации дает нам в совокупности стопроцентную уверенность. Тут нет одного какого-то конкретного доказательства, как выписка из Росреестра и все. Здесь их много, но они все в совокупности не оставляют никаких сомнений, что это дворец именно Путина.

Vladimiras Putinas

- Фильм просмотрели более 100 млн человек. Он был в трендах YouTube в 22 странах. Это феноменальные цифры. Сколько из этого количества просмотров приходится на Россию?

- Около 70 процентов. Там цифра все время варьируется от 70 до 75. Сейчас точно мне сложно сказать, но это точно более 70%.

- В такоем случае, почему на ваш взгляд нет корреляции этой цифры с количеством вышедших на улицу? Опять же тех 3,5%, о которых вы говорили, не набирается.

- Потому что беспрецедентный уровень силового воздействия. Такого не видели никогда. И конечно, в таких условиях нужно совершить прямо героический поступок, чтобы выйти на улицу и многие сегодня этот поступок совершают.

- Давайте теперь о международном давлении. Леонид Волков, озвучивая дальнейший план сказал, что освобождения Алексея вы будете добиваться методами международного давления. Что под ними имеется в виду?

- Это не единственный путь освобождения Алексея Навального. Тут все работает в совокупности, как всегда. Но в том числе имеется в виду, что мы будем привлекать внимание к незаконному нахождению Алексея Навального в тюрьме на международных площадках и от этих площадок просить воздействия на людей, персонально несущих ответственность за его посадку, и на окружение Владимира Путина, которое влияет на его решения. Это, безусловно, его "кошельки", его подставные лица, его номиналы, его друзья-олигархи (государственные и не только государственные), которые имеют большое влияние на его персональные решения и настроение. И санкционное воздействие на них на международном уровне может вынудить Путина принять другое решение в отношении Навального.

Олег Навальный, Иван Жданов, Юлия Навальная
Foto: AP/Scanpix

- Я вспоминаю примеры, когда с помощью международного давления удавалось освобождать советских диссидентов и политзаключенных. Они происходили примерно по одной схеме: освобождение с дальнейшим выдворением из страны. Из свежих примеров освобождения с помощью международного давления я вспоминаю кейс Михаила Ходорковского. Схема использовалась примерно та же. Означает ли это, что вы рассматриваете такой сценарий и в отношении Алексея Навального?

- Что его депортируют?

- Да.

- Ну мне кажется, Навальный не такой человек, которого можно депортировать, который приезжает совершенно спокойно, с высокой степенью вероятности допуская, что его посадят. Я думаю, что его сложно посадить в самолет и отправить обратно. Ну он возьмет билет и снова вернется. Поэтому не думаю, что с Навальным может сработать его выдворение. Вряд ли это возможно.

- Когда ФБК и Штаб Навального вернутся к тактике уличных акций по примеру 23 и 31 января? Какие сигналы будут свидетельствовать о том, что вот теперь можно и нужно?

- Мы просто акции никогда не анонсируем через СМИ, а анонсируем их через свои социальные сети. Я думаю, что все обязательно узнают и, может, даже в какой-то совершенно видимой перспективе о готовящихся наших акциях.

Теперь самые свежие новости о Литве можно прочитать и на Телеграм-канале Ru.Delfi.lt! Подписывайтесь оставайтесь в курсе происходящего!